Толстой стихи для детей

Здесь прожно читать все стихи сразу. Это тот Попович славный, Тот Алеша-богатырь! За плечами видны гусли, А в толстой стихи для детей червленый щит, Супротив его царевна Полоненная сидит. Под себя поджала ножки, Летник свой подобрала И считает робко взмахи Богатырского весла. «Ты почто меня, Алеша, В лодку песней заманил? У меня жених есть дома, Ты ж, похитчик, мне не мил! » Но, смеясь, Попович молвит: «Не похитчик я тебе! Ты взошла своею волей, Покорись своей судьбе! Ты не первая попалась В лодку, девица, мою: Знаменитым птицеловом Я слыву в моем краю! Без силков и без приманок Я не раз меж камышей Голубых очеретянок Песней лавливал моей! Но в плену, кого поймаю, Без нужды я не морю; Покорися же, царевна, Сдайся мне, богатырю! » Но она к нему: «Алеша, Тесно в лодке нам вдвоем, Тяжела ей будет ноша, Вместе толстой стихи для детей дну мы пойдем! » Он же к ней: «Смотри, царевна, Видишь там, где тот откос, Как на солнце толстой стихи для детей блещут Стаи легкие стрекоз? На лозу когда бы сели, Не погнули бы лозы; Ты же в лодке не тяжеле Легкокрылой стрекозы». И душистый гнет он аир, И, скользя очеретом, Стебли длинные купавок Рвет сверкающим веслом. Много певников нарядных В лодку с берега глядит, Но Поповичу царевна, Озираясь, говорит: «Птицелов ты беспощадный, Иль тебе меня не жаль? Отпусти меня на волю, Лодку к берегу причаль! » Он же, в берег упираясь И осокою шурша, Повторяет только: «Сдайся, Сдайся, девица-душа! Я люблю тебя, царевна, Я хочу тебя добыть! Вольной волей иль неволей Ты должна меня любить! » Он весло свое бросает, Гусли звонкие берет — Дивным пением дрожащий Огласился очерет. Звуки льются, звуки тают. То не ветер ли во ржи? Не крылами ль задевают Медный колокол стрижи? Иль в тени журчат дубравной Однозвучные ключи? Иль ковшей то звон заздравный? Иль мечи бьют о мечи? Буря ль встала, пыль крутя? Конь ли по полю несется? Мать ли пестует дитя? Или то воспоминанье, Отголосок давних лет? Или смерти то привет? Кто поймет ее слова? Но от звуков сердце млеет И кружится голова. Их услыша, присмирели Пташек резвые четы, На тростник стрекозы сели, Преклонилися цветы: Погремок, пестрец и шильник, И болотная заря К лодке с берега нагнулись Слушать песнь богатыря. Так с царевной по теченью Он уносится меж трав, И она внимает пенью, Руку белую подняв. Что внезапно в ней свершилось? Любит он иль лицемерит — Для нее то все равно, Этим звукам сердце верит И дрожит, побеждено. И со всех сторон их лодку Обняла речная тишь, И куда ни обернешься, — Только небо да камыш. Словно давние печали Разошлися как туман, Словно все преграды пали Или были лишь обман! Взором любящим невольно В лик его она впилась, Ей и радостно и больно, Слезы капают из глаз. Лето 1871 Ты прав: мой своенравный гений Слетал лишь изредка ко мне; Таясь в душевной глубине, Дремала буря песнопений. Меня ласкали сон и лень, Но, цепь житейскую почуя, Воспрянул я - и, негодуя, Стихи текут. Так в бурный день, Прорезав тучи, луч заката Сугубит блеск своих огней, И так река, скалами сжата, Бежит сердитей и звучней! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Среди дубравы Блестит крестами Храм пятиглавый С колоколами. Их звон призывный Через могилы Гудит так дивно И так уныло! К себе он тянет Неодолимо, Зовет и манит Он в край родимый, В край благодатный, Забытый мною,- И, непонятной Томим тоскою, Молюсь, и каюсь я, И плачу снова, И отрекаюсь я От дела злого; Далеко странствуя Мечтой чудесною, Через пространства я Лечу небесные, И сердце радостно Дрожит и тает, Пока звон благостный Не замирает. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Поразмыслив аккуратно, Я избрал себе дорожку И иду по ней без шума, Понемножку, понемножку! Впрочем, я ведь не бесстрастен, Я не холоден душою, И во мне ведь закипает Ретивое, ретивое! Если кто меня обидит, Не спущу я, как же можно! Из себя как раз я выйду, Осторожно, осторожно! Без ума могу любить я, Но любить, конечно, с толком, Я готов и правду резать, Тихомолком, тихомолком! Если б брат мой захлебнулся, Я б не стал махать руками, Тотчас кинулся бы в воду, С пузырями, с пузырями! Рад за родину сразиться! Пусть услышу лишь картечь я, Грудью лягу в чистом поле, Без увечья, без увечья! Послужу я и в синклите, Так чтоб ведали потомки; Но уж если пасть придется - Так соломки, так соломки! Кто мне друг, тот друг мне вечно, Все родные сердцу близки, Всем союзникам служу я По-австрийски, по-австрийски! Конец 1853 или начало 1854 Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Бор сосновый в стране одинокий стоит; В нем ручей меж деревьев бежит и журчит. Я люблю тот ручей, я люблю ту страну, Я люблю в том лесу вспоминать старину. «Приходи вечерком в бор дремучий тайком, На зеленом садись берегу ты моем! Много лет я бегу, рассказать я могу, Что случилось когда на моем берегу; Из сокрытой страны я сюда прибежал, Я чудесного много дорогой узнал! Когда солнце зайдет, когда месяц взойдет И звезда средь моих закачается вод, Приходи ты тайком, ты узнаешь о том, Что бывает порей здесь в тумане ночном! » — Так шептал, и журчал, и бежал ручеек; На ружье опершись, я стоял, одинок, И лишь говор струи тишину прерывал, И о прежних я грустно годах вспоминал. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Поморское сказание 1 К делу церкви сердцем рьяный, Папа шлет в Роскильду слово И поход на бодричаны Проповедует крестовый: 2 «Встаньте! Вас теснят не в меру Те язычники лихие, Подымайте стяг за веру, — Отпускаю вам грехи я. » 5 И лишь зов проникнул в дони, Первый встал епископ Эрик, С ним монахи, вздевши брони, Собираются на берег. Склонил к нам папа Толстой стихи для детей Егорья, Разгромим теперь с нахрапа Все славянское поморье! » 11 Свен же молвит: «В бранном споре Не боюся никого я, Лишь бы только в синем море Нам не встретить Толстой стихи для детей » 12 Но, смеясь, с кормы высокой Молвит Кнут: «Нам нет препоны: Боривой теперь далёко Бьется с немцем у Арконы! » 13 И в веселии все трое, С ними грозная дружина, Все плывут в могучем строе К башням города Волына. » 15 Кнут, вглядевшись, отвечает: «Нет, не лес то шевелится, — Щёгол множество кивает, О косицу бьет косица». » 17 Но епископу в смятенье Отвечает бледный инок: «То не ржанье — то гуденье Боривоевых волынок! » 18 И внезапно, где играют Всплески белые прибоя, Из-за мыса выбегают Волнорезы Боривоя. » 24 И под всеми парусами Он ударил им навстречу, Сшиблись вдруг ладьи с ладьями, И пошла меж ними сеча. » 31 И гребцы во страхе тоже, Силу рук своих удвоя, Голосят: «Спаси нас, Боже, Защити от Боривоя! » 32 «Утекай, клобучье племя! » 34 Худо доням вышло, худо В этой битве знаменитой; В этот день морские чуда Нажрались их трупов сыто, 35 И ладей в своем просторе Опрокинутых немало Почервоневшее море Вверх полозьями качало. » И молебны служат в страхе; 40 И епископ с клирной силой, На коленях в церкви стоя, Молит: «Боже, нас помилуй! толстой стихи для детей Лето 1870 Толстой стихи для детей. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » В колокол, мирно дремавший, с налета тяжелая бомба Грянула. С треском кругом от нее разлетелись осколки, Он же вздогнул — и к народу могучие медные звуки Вдаль потекли, негодуя, гудя и на бой созывая. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » В монастыре пустынном близ Кордовы Картина есть. Старательной рукой Изобразил художник в ней суровый, Как пред кумиром мученик святой Лежит в цепях и палачи с живого Сдирают кожу. Вид картины той, Исполненный жестокого искусства, Сжимает грудь и возмущает чувство. Но в дни тоски, мне всё являясь снова, Упорно в мысль вторгается она, И мука та казнимого святого Сегодня мне понятна и родна: С моей души совлечены покровы, Живая ткань ее обнажена, И каждое к ней жизни прикасанье Есть злая боль и жгучее терзанье. Полное толстой стихи для детей стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » В совести искал я толстой стихи для детей обвиненья, Горестное сердце вопрошал довольно - Чисты мои мысли, чисты побужденья, А на свете жить мне тяжело и толстой стихи для детей. Каждый звук случайный я ловлю пытливо, Песня ли раздастся на селе далеком, Ветер ли всколышет золотую ниву - Каждый звук неясным мне звучит упреком. Залегло глубоко смутное сомненье, И душа собою вечно недовольна: Нет ей приговора, нет ей примиренья, И на свете жить мне тяжело и больно! Согласить я силюсь, чт о несогласимо, Но напрасно разум бьется и хлопочет, Горестная чаша не проходит мимо, Ни к устам зовущим низойти не хочет! Но ты, о друг, лишь только звуки рая Как дальний зов, в твою проникнут грудь, Ты обо мне подумай, умирая, И хоть на миг блаженство позабудь! Прощальный взор бросая нашей жизни, Душою, друг, вглядись в мои черты, Чтобы узнать толстой стихи для детей заоблачной отчизне Кого звала, кого любила ты, Чтобы не мог моей молящей речи Небесный хор навеки заглушить, Чтобы тебе, до нашей новой встречи, В стране лучей и помнить и грустить! Август или сентябрь 1856 Князь Курбский от царского гнева бежал, С ним Васька Шибанов, стремянный. Дороден был князь, конь измученный пал — Как быть среди ночи туманной? Но рабскую верность Шибанов храня, Свого отдает воеводе коня: «Скачи, князь, до вражьего стану, Авось я пешой не отстану! » И князь доскакал. Под литовским шатром Опальный сидит воевода; Стоят в изумленье литовцы кругом, Без шапок толстой стихи для детей у входа, Всяк русскому витязю честь воздает, Недаром дивится литовский народ, И ходят их головы кругом: «Князь Курбский нам сделался другом! » Но князя не толстой стихи для детей новая честь, Исполнен он желчи и злобы; Готовится Курбский царю перечесть Души оскорбленной зазнобы: «Что долго в себе я таю и ношу, То всё я пространно к царю напишу, Скажу напрямик, без изгиба, За все его ласки спасибо! » И пишет боярин всю ночь напролет, Перо его местию дышит; Прочтет, улыбнется, и снова прочтет, И снова без отдыха пишет, И злыми словами язвит он царя, И вот уж, когда залилася заря, Поспело ему на отраду Толстой стихи для детей, полное яду. Но кто ж дерзновенные князя слова Отвезть Иоанну возьмется? Кому не люба на плечах голова, Чье сердце в груди не сожмется? Невольно сомненья на князя нашли. Вдруг входит Шибанов, в поту и в пыли: «Князь, служба моя не нужна ли? Вишь, наши меня не догнали! » И в радости князь посылает раба, Торопит его в нетерпенье: «Ты толстой стихи для детей здоров, и душа не слаба, А вот и рубли в награжденье! » Шибанов в ответ господину: «Добро! Тебе здесь нужнее твое серебро, А я передам и за муки Письмо твое в царские руки! » Звон медный несется, гудит над Москвой; Царь в смирной одежде трезвонит; Зовет ли обратно он прежний покой Иль совесть навеки хоронит? Но часто и мерно он в колокол бьет, И звону внимает московский народ И молится, полный боязни, Чтоб день миновался без казни. В ответ властелину гудят терема, Звонит с ним и Вяземский лютый, Звонит всей опрични кромешная тьма, И Васька Грязной, и Малюта, И тут же, гордяся своею красой, С девичьей улыбкой, с змеиной душой, Любимец звонит Иоаннов, Отверженный Богом Басманов. Царь кончил; на жезл опираясь, идет, И с ним всех окольных собранье. Вдруг едет гонец, раздвигает народ, Над шапкою держит посланье. И спрянул с коня толстой стихи для детей поспешно долой, К царю Иоанну подходит пешой И молвит ему, не бледнея: «От Курбского, князя Андрея! » И очи царя загорелися вдруг: «Ко мне? Читайте же, дьяки, читайте мне вслух Посланье от слова до слова! Подай сюда грамоту, дерзкий гонец! » И в ногу Шибанова острый конец Жезла своего он вонзает, Налег на костыль — и внимает: «Царю, прославляему древле от всех, Но тонущу в сквернах обильных! Ответствуй, безумный, каких ради грех Побил еси добрых и сильных? Ответствуй, не толстой стихи для детей ль, средь тяжкой войны, Без счета твердыни врагов сражены? Не их ли ты мужеством славен? И кто им бысть верностью равен? Иль мнишись бессмертнее нас, В небытную ересь прельщенный? Приидет возмездия час, Толстой стихи для детей нам предреченный, И аз, иже кровь в непрестанных боях За тя, аки воду, лиях и лиях, С тобой пред судьею предстану! » Так Курбский писал Иоанну. Из пронзенной ноги Кровь алым струилася током, Толстой стихи для детей царь на спокойное око слуги Взирал испытующим оком. Стоял неподвижно опричников ряд; Был мрачен владыки загадочный взгляд, Как будто исполнен печали, И все в ожиданье молчали. И молвил так царь: «Да, боярин твой прав, И нет уж мне жизни отрадной! Кровь добрых и сильных ногами поправ, Я пес недостойный и смрадный! Гонец, ты не раб, но товарищ и друг, И много, знать, верных у Курбского слуг, Что выдал тебя за бесценок! Ступай же с Малютой в застенок! » Пытают и мучат гонца палачи, Друг к другу приходят на смену. «Товарищей Курбского ты уличи, Открой их собачью измену! » И царь вопрошает: «Ну что же гонец? Назвал ли он вора друзей наконец? » — «Царь, слово его всё едино: Он славит свого господина! » День меркнет, приходит ночная пора, Скрыпят у застенка ворота, Заплечные входят опять мастера, Опять зачалася работа. «Ну, что же, назвал ли злодеев гонец? » — «Царь, близок ему уж приходит конец, Но слово его все едино, Он славит свого господина: „О князь, ты, который предать меня мог За сладостный миг укоризны, О князь, я молю, да простит тебе бог Измену твою пред отчизной! Услышь меня, боже, в предсмертный мой час, Язык мой немеет, и взор мой угас, Но в сердце любовь и прощенье — Помилуй мои прегрешенья! Услышь меня, боже, в предсмертный мой час, Прости моего господина! Язык мой немеет, и взор мой угас, Но слово мое все едино: За грозного, боже, царя я молюсь, За нашу святую, великую Русь — И твердо жду смерти желанной! ”» Так толстой стихи для детей Шибанов, стремянный. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Вздымаются волны как горы И толстой стихи для детей тверди возносятся звездной, И с ужасом падают взоры В мгновенно разрытые бездны. Подобная страсти, не толстой стихи для детей Средины тревожная сила, То к небу, то в пропасть бросает Ладью без весла и кормила. Не верь же, ко звездам взлетая, Высокой избранника доле, Не верь, в глубину ниспадая, Что звезд не увидишь ты боле. Стихии безбрежной, бездонной Уймется толстой стихи для детей, и вскоре В свой уровень вступит законный Души успокоенной море. Теплый ветр повеял нам в лицо И морщит на полях синеющие лужи. Еще трещит камин, отливами огня Минувший тесный мир зимы напоминая, Но жаворонок там, над озимью звеня, Толстой стихи для детей возвестил, что жизнь пришла иная. И в воздухе звучат слова, не знаю чьи, Про счастье, и любовь, и юность, и доверье, И громко вторят им бегущие ручьи, Колебля тростника желтеющие перья. Пускай же, как они по глине и песку Растаявших снегов, журча, уносят воды, Бесследно унесет души твоей тоску Врачующая власть воскреснувшей природы! Потом пришла пора иная И с толстой стихи для детей новою весной, Былое счастье вспоминая, Грустней я делался; порой, Когда темнели неба своды, Едва шептались тростники, Звучней ручья катились воды, Жужжали поздние жуки, Казалось мне, что мне недаром Грустить весною суждено, Что неожиданным ударом Блаженство кончиться должно. Когда в селах пустеет, Смолкнут песни селян И седой забелеет Над болотом туман, Из лесов тихомолком По полям волк за волком Отправляются толстой стихи для детей на добычу. Семь волков идут смело. Впереди их идет Волк осьмой, шерсти белой, А таинственный ход Завершает девятый; С окровавленной пятой Он за ними идет и хромает. Их ничто не пугает: На село ли им путь, Пес на них и не лает, А мужик и дохнуть, Видя их, не посмеет, Он от страху бледнеет И читает тихонько молитву. Волки церковь обходят Осторожно кругом, В двор поповский заходят И шевелят хвостом, Близ корчмы водят ухом И внимают всем слухом: Не ведутся ль там грешные речи? Их глаза словно свечи, Зубы шила острей. Ты тринадцать картечей Козьей шерстью забей И стреляй толстой стихи для детей ним смело! Прежде рухнет волк белый, А за ним упадут и другие. На селе ж, когда спящих Всех разбудит петух, Ты увидишь лежащих Девять мертвых старух: Впереди их седая, Позади их хромая, Все в крови. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Вот уж снег последний в поле толстой стихи для детей, Теплый пар восходит от земли, И кувшинчик синий расцветает, И зовут друг друга журавли. Юный лес, в зеленый дым одетый, Теплых гроз нетерпеливо ждет; Толстой стихи для детей весны дыханием согрето, Все кругом и любит и поет; Утром небо ясно и прозрачно, Ночью звезды светят так светло; Отчего ж в душе твоей так мрачно И зачем на сердце тяжело? Трудно жить тебе, мой друг, я знаю, И понятна мне твоя печаль: Отлетела б ты к родному краю И земной весны тебе не жаль. Легче нам покажется дорога - Пролетим ее рука с рукой!. Примечание: в окончательной авторской толстой стихи для детей последняя строфа отсутствует Вырастает дума, словно дерево, Вроет в сердце корни глубокие, По поднебесью ветвями раскинется, Задрожит, зашумит тучей листиев. Сердце знает ту думу крепкую, Что оно взрастило, взлелеяло, Разум сможет ту думу окинути. Сможет слово ту толстой стихи для детей высказать. А какая то другая толстой стихи для детей, Чт о ни высказать, ни вымерить, Ни обнять умом, ни окинути? Промелькнет она без образа, Вспыхнет дальнею зарницею, Озарит на миг душу темную, Много вспомнится забытого, Много смутного, непонятного В миг тот ясно сердцу скажется; И рванешься за ней, погонишься — Только очи ее и видели, Только сердце ее и чуяло! Не поймать на лету ветра буйного, Тень от облака летучего Не прибить гвоздем ко сырой земле! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Где гнутся над омутом лозы, Где летнее солнце печет, Летают и пляшут стрекозы, Веселый ведут хоровод. Под нами трепещут былинки, Нам так хорошо и тепло, У нас бирюзовые спинки, А крылышки точно стекло! Мы песенок знаем так много, Толстой стихи для детей так тебя любим давно - Смотри, какой берег толстой стихи для детей, Какое песчаное дно! Встречные тихо ее вопрошали светила: «Что так грустна? И о чем эти слезы во взоре? » Им отвечала она: «Я земли не забыла, Много оставила там я страданья и горя. Здесь я лишь ликам блаженства и радости внемлю, Праведных души не знают ни скорби, ни злобы — О, отпусти меня снова, создатель, на землю, Было б о ком пожалеть и утешить кого бы». Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Господь, меня готовя к бою, Любовь и гнев вложил мне в грудь, И мне десницею святою Он указал правдивый путь; Одушевил могучим словом, Вдоxнул мне в сердце много сил, Но непреклонным и суровым Меня господь не сотворил. И гнев я свой истратил даром, Любовь не выдержал свою, Удар напрасно за ударом Я отбивая устаю. Навстречу иx враждебной вьюги Я вышел в поле без кольчуги И гибну раненный в бою. » — «Кашицу, матушка, кашицу, Кашицу, сударыня, кашицу! » 2 «Государь ты наш батюшка, Государь Петр Алексеевич, А где ты изволил крупы достать? » — «За морем, матушка, за морем, За морем, сударыня, за морем! » 3 «Государь ты наш батюшка, Государь Петр Алексеевич, Нешто своей крупы не было? » — толстой стихи для детей, матушка, сорная, Сорная, сударыня, сорная! » 4 «Государь ты наш батюшка, Государь Петр Алексеевич, А чем ты изволишь мешать ее? » — «Палкою, матушка, палкою, Палкою, сударыня, палкою! » 5 «Государь ты наш батюшка, Государь Петр Алексеевич, А ведь каша-то выйдет кр утенька? — «Кр утенька, матушка, кр утенька, Кр утенька, сударыня, кр утенька! » 6 «Государь ты наш батюшка, Государь Петр Алексеевич, А ведь каша-то выйдет сол она? » — «С олона, матушка, с олона, С олона, сударыня, с олона! « 7 «Государь ты наш батюшка, Государь Петр Алексеевич, А кто ж будет ее расхлебывать? » толстой стихи для детей «Детушки, матушка, детушки, Детушки, сударыня, детушки! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. Слепым он возвращает зренье, Дарит и крепость, и движенье Тому, кто был и слаб и хром, Ему признания не надо, Сердец мышленье отперто, Его пытующего взгляда Еще не выдержал никто. Целя недуг, врачуя муку, Везде спасителем он был, И всем простер благую руку, И никого не осудил. То, видно, богом муж избранный! От там, по онпол Иордана, Ходил как посланный небес, Он много там толстой стихи для детей чудес, Теперь пришел он, благодушный, На эту сторону реки, Толпой прилежной и послушной За ним идут ученики». В заблужденье Ее привел пришельца лик: То не учитель перед нею, То Иоанн из Галилеи, Его любимый ученик». В его смиренном выраженье Восторга нет, ни вдохновенья, Но мысль глубокая легла На очерк дивного чела. То не пророка взгляд орлиный, Не прелесть ангельской красы — Делятся на две половины Его волнистые власы; Поверх хитона упадая, Одела риза шерстяная Простою тканью стройный рост В движеньях скромен он и прост; Ложась вкруг уст его прекрасных, Слегка раздвоена брада, — Таких очей благих и ясных Никто не видел никогда. И пронеслося над народом Как дуновенье тишины, И чудно благостным приходом Сердца гостей потрясены. В ожиданье Сидит недвижное собранье, Тревожно дух переводя. И он, в молчании глубоком, Обвел сидящих тихим оком, И, в дом толстой стихи для детей не входя, На дерзкой деве самохвальной Остановил свой взор печальный. И всё, что было там таимо, В грехе что было свершено, В ея глазах неумолимо До глубины озарено. Внезапна стала ей понятна Толстой стихи для детей жизни святотатной, Вся ложь ее толстой стихи для детей дел — И ужас толстой стихи для детей овладел. Уже на грани сокрушенья Она постигла в изумленье, Как много благ, как много сил Господь ей щедро подарил И как она восход свой ясный Грехом мрачила ежечасно. И, в первый раз гнушаясь зла, Она в том взоре благодатном И кару дням своим развратным, И милосердие прочла; И, чуя новое начало, Еще страшась земных препон, Она, колебляся, стояла. И вдруг в тиши раздался звон Из рук упавшего фиала. Стесненной груди слышен стон, Бледнеет грешница младая, Дрожат открытые уста — И пала ниц она, рыдая, Перед святынею Христа. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Грядой клубится белою Над озером туман; Тоскою добрый молодец И горем обуян. Не д овеку белеется Туманная гряда, Рассеется, развеется, А горе никогда! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Толстой стихи для детей Советский писатель, 1984. » » Двух станов не боец, но только гость случайный, За правду я бы рад поднять мой добрый меч, Но спор с обоими - досель мой жребий тайный, И к клятве ни один не мог меня привлечь; Союза полного не будет между нами - Не купленный никем, под чье б ни стал я знамя, Пристрастной ревности друзей не в силах снесть, Я знамени врага отстаивал бы честь! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Деревцо мое миндальное Все цветами убирается, В сердце думушка печальная Поневоле зарождается: Деревцом цветы обронятся, И созреет плод непрошеный, И зеленое наклонится До земли под горькой ношею! Пора мне забыть этот вздор, Пора мне вернуться к рассудку! Довольно с тобой, как искусный актер, Я драму разыгрывал в шутку! Расписаны были кулисы пестро, Я так декламировал страстно, И мантии блеск, и на шляпе перо, И чувства - все было прекрасно. Но вот, хоть уж сбросил я это тряпье, Хоть нет театрального хламу, Доселе болит еще сердце мое, Как будто играю я драму. И чт о я поддельною болью считал, То боль оказалась живая - О боже, я раненый насмерть играл, Гладьятора смерть представляя! Гончарова для пятой части романа "Обрыв". Имеется этого стихотворения, сделанный. Дождя отшумевшего капли Тихонько по листьям текли, Тихонько шептались деревья, Кукушка кричала вдали. Луна на меня из-за тучи Смотрела, как будто в слезах; Сидел я под толстой стихи для детей и думал, И думал о прежних годах. Не знаю, была ли в те годы Душа непорочна моя? Но многому б я не поверил, Не сделал бы многого я. Теперь же мне стали понятны Обман, и коварство, и зло, И многие светлые мысли Одну за другой унесло. Так думал о днях я минувших, О днях, когда был я добрей; А в листьях высокого клена Сидел надо мной соловей, И пел он так нежно и страстно, Как будто хотел он сказать: "Утешься, не сетуй напрасно - То время вернется опять! Валы за валами, прибой и отбой, И толстой стихи для детей их гребни покрыла, — Толстой стихи для детей, море, кого же мне вызвать на бой, Изведать воскресшие силы? Почуяло сердце, что жизнь хороша, Вы, волны, размыкали горе, От грома и плеска проснулась луша — Сродни ей шумящее море! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Есть много звуков в сердца глубине, Неясных дум, непетых песней толстой стихи для детей Но заглушает вечно их во мне Забот немолчных скучная тревога. Тяжел ее непрошеный напор, Издавна сердце с жизнию боролось - Но жизнь шумит, как вихорь ломит бор, Как ропот струй, так шепчет сердца голос! А если услышит — рукою махнет. Забыли потомки толстой стихи для детей доблестный род! Лишь старый служитель, тоской удручен, Младого владетеля ждет, И ловит вдали колокольчика звон, И ночью с одра привстает. Всё тихо средь мертвого сна, Сквозь окна разбитые смотрит луна, Сквозь окна разбитые мирно глядит На древние стены палат; Там в рамах узорчатых чинно висит Напудренных прадедов ряд. Их пыль покрывает, и червь их грызет. Забыли потомки свой доблестный род! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Замолкнул гром, шуметь гроза устала, Светлеют небеса, Меж черных туч приветно толстой стихи для детей Лазури полоса; Еще дрожат цветы, полны водою И пылью золотой, — О, не топчи их с новою враждою Презрительной пятой! Полное собрание толстой стихи для детей в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Запад гаснет в дали бледно-розовой, Звезды небо усеяли чистое, Соловей свищет в роще березовой, И травою запахло душистою. Знаю, чт о к тебе в думушку вкралося, Знаю сердца немолчные жалобы, Не хочу я, чтоб ты притворялася И к улыбке себя принуждала бы! Твое сердце болит безотрадное, В нем не светит звезда ни единая - Плачь свободно, моя ненаглядная, Пока песня звучит соловьиная, Соловьиная песня унылая, Что как жалоба катится слезная, Плачь, душа моя, плачь, моя милая, Тебя небо лишь слушает звездное! Разорвав тоски оковы, Цепи пошлые разбив, Набегает жизни новой Торжествующий прилив, И звучит свежо и юно Новых сил могучий строй, Как натянутые струны Между небом и землей. В лугу, весной одетом, Ручей меж трав катился, молчалив; Был тихий час меж сумраком и светом, Был легкий сон лесов, полей и нив; Не оглашал их соловей приветом; Природу всю широко осенив, Царил покой; но под безмолвной тенью Могучих сил мне толстой стихи для детей движенье. Не шелестя над головой моей, В прозрачный мрак деревья улетали; Сквозной узор их молодых ветвей, Как легкий дым, терялся толстой стихи для детей горней дали; Лесной чебер и полевой шалфей, Блестя росой, в траве благоухали, И думал я, в померкший глядя свод: Куда меня так манит и влечет? Проникнут весь блаженством был я новым, Исполнен весь неведомых мне сил: Чего в житейском натиске суровом Не смел я ждать, чего толстой стихи для детей не просил - То свершено одним, казалось, словом, И мнилось мне, что толстой стихи для детей лечу без крыл, Перехожу, подъят природой всею, В один порыв неудержимый с нею! Но трезв был ум, и чужд ему восторг, Надежды я не знал, ни опасенья. Кто ж мощно так от них меня отторг? Кто отрешил от тягости хотенья? Со злобой дня души постыдный торг Стал для меня без смысла и значенья, Для всех тревог бесследно умер я И ожил вновь в сознанье бытия. Тут пронеслось как в листьях дуновенье, И как ответ послышалося мне: Задачи то старинной разрешенье В таинственном ты видишь полусне! То творчества с покоем соглашенье, То мысли пыл в душевной тишине. Лови же миг, пока к нему ты чуток,- Меж сном и бденьем краток промежуток! Май-сентябрь 1875 Былина 1 Над светлым Днепром, средь могучих бояр, Близ стольного Киева-града, Пирует Владимир, с ним молод и стар, И слышен далеко звон кованых чар — Ой ладо, ой ладушки-ладо! Без них мне и пир не отрада! » И вот незнакомый из дальних рядов Певец выступает на княжеский зов — Ой ладо, ой ладушки-ладо! » 4 И начал он петь на неведомый лад: «Владычество смелым награда! Ты, толстой стихи для детей, могуч и казною богат, И помнит ладьи твои дальний Царьград — Ой ладо, ой ладушки-ладо! » 6 И вспыхнул Владимир при слове таком, В очах загорелась досада, Но вдруг засмеялся, и хохот кругом В рядах прокатился, как по небу толстой стихи для детей, — Ой ладо, ой ладушки-ладо! Кто мог бы из вас оскорбление снесть! Был вор Толстой стихи для детей, как и ты, голосист, Да я пятерней приглушил его свист — С тобой не случилось бы то же! » 11 Певец продолжает: «И время придет, Уступит наш хан христианам, И снова подымется русский народ, И землю единый из вас соберет, Но сам же над ней станет ханом. » 14 Но тот продолжает, осклабивши пасть: «Обычай вы наш переймете, На честь вы поруху научитесь класть, И вот, наглотавшись татарщины всласть, Вы Русью ее назовете! Тебя я узнал из негодных речей: Ты старый Тугарин, поганый тот змей, Приплывший от Черного моря! » 18 И начал Добрыня натягивать лук, И вот, на потеху народу, Струны богатырской послышавши звук, Во змея певец перекинулся вдруг И с шипом бросается в воду. » 20 А змей, по Днепру расстилаясь, плывет, И, смехом преследуя гада, По нем улюлюкает русский народ: «Чай, песни теперь уже нам не споет — Ой ладо, ой ладушки-ладо! » 21 Смеется Владимир: «Вишь, выдумал нам Каким угрожать он позором! Чтоб мы от Тугарина приняли срам! Чтоб спины подставили мы батогам! Чтоб мы повернулись к обдорам! Живет наша русская Русь! Татарской нам Руси не надо! Солгал он, солгал, перелетный он гусь, За честь нашей родины я не боюсь — Ой ладо, ой ладушки-ладо! Бывает, — примолвил свет-солнышко-князь, — Неволя заставит пройти через грязь, Купаться в ней — свиньи лишь могут! » 27 И выпил Владимир, и разом кругом, Как плеск лебединого стада, Как летом из тучи ударивший гром, Народ отвечает: «За князя мы пьем — Ой ладо, ой ладушки-ладо! И если настанет година невзгод, Мы верим, что Русь их победно пройдет — Ой ладо, ой ладушки-ладо! » 29 Пирует Владимир со светлым лицом, В груди богатырской отрада, Он верит: победно мы горе пройдем, И весело слышать ему над Днепром: «Ой ладо, ой ладушки-ладо! » 30 Пирует с Владимиром сила бояр, Пируют посадники града, Пирует весь Киев, и молод, и стар: И слышен далеко звон кованых чар — Ой ладо, ой ладушки-ладо! Вторая половина 1867 Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, толстой стихи для детей. » » Не прислушивайся к шуму Толков, сплетен и хлопот, Думай собственную думу И иди себе вперед! До других тебе нет дела, Ветер пусть их носит лай! Что в душе твоей созрело — В ясный образ облекай! Тучи черные нависли — Пусть их виснут — черта с два! Для своей живи лишь мысли, Остальное трын-трава! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Судя меня довольно строго, В моих стихах находишь ты, Что в них торжественности много И слишком мало простоты. В беспредельное влекома, Душа незримый чует мир, И я не раз под голос грома, Быть может, строил мой псалтырь. Но я не чужд и здешней жизни; Служа таинственной отчизне, Я и в пылу толстой стихи для детей сил О том, что близко, не забыл. Поверь, и мне мила природа, И быт родного нам народа - Его стремленья я делю, И всe земное я люблю, Все ежедневные картины: Поля, и села, и равнины, И шум колеблемых лесов, И звон толстой стихи для детей в лугу росистом, И пляску с топаньем и свистом Под говор пьяных мужичков; В степи чумацкие ночлеги, И рек безбережный разлив, И скрып кочующей телеги, И вид толстой стихи для детей нив; Люблю я тройку удалую, И свист саней на всем бегу, На славу кованную сбрую, И золоченую дугу; Люблю тот край, где зимы долги, Но где весна так молода, Где вниз по матушке по Волге Идут бурлацкие суда; И все мне дороги явленья, Тобой описанные, друг, Твои гражданские стремленья И честной речи трезвый звук. Но всe, что чисто и достойно, Что на земле сложилось стройно, Для человека то ужель, В тревоге вечной мирозданья, Есть грань высокого призванья И окончательная цель? Нет, в каждом шорохе растенья И в каждом трепете листа Иное слышится значенье, Видна иная красота! Я в них иному гласу внемлю И, жизнью смертною дыша, Гляжу с любовию на землю, Но выше просится душа; И чт о ее, всегда чаруя, Зовет и манит толстой стихи для детей - О том поведать не могу я На ежедневном языке. Январь 1859 Из вод подымая головку, Лилея в раздумье глядит; С высот улыбаяся, месяц К ней тихой любовью горит. Лилея стыдливо склонила Головку на зеркало вод, А он уж у толстой стихи для детей ее, бедный, Трепещет и блеск свой лиёт. Примечание: Перевод стихотворения Гейне "Die schlanke Толстой стихи для детей. Посмотрю я, без Ильи-то Как ты проживешь? » 13 И старик лицом суровым Просветлел опять, По нутру ему здоровым Толстой стихи для детей дышать; 14 Снова веет воли дикой На него простор, И смолой и земляникой Пахнет темный бор. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. Его поставил властилин И суд рядить, и править градом, Он с ним беседует один, Он с ним сидит в совете рядом; Окружены его дворцы Благоуханными садами, Лазурью блещут изразцы, Убраны стены янтарями; В полдневный зной приют толстой стихи для детей тень Дают навесы, шелком тканы, В узорных банях ночь и день Шумят студеные фонтаны. Но от него бежит покой, Он бродит сумрачен; не той Он прежде мнил идти дорогой, Он счаслив был бы и убогий, Когда б он мог в тиши лесной, В глухой степи, в уединенье, Двора волнение забыть И жизнь смиренно посвятить Труду, молитве, песнопенью. И раздавался уж не раз Его красноречивый глас Противу ереси безумной, Что на искусство поднялась Грозой неистовой и шумной. Упорно с ней боролся он, И от Дамаска до Царьграда Был, как боец за честь икон И как художества ограда, Давно известен и почтен. Но шум и блеск его тревожат, Ужиться с ними он не может, И, тяжкой думой обуян, Тоска в душе и скорбь на лике, Вошел правитель Иоанн В чертог дамасского владыки. «О государь, внемли: мой сан, Величие, пышность, власть и сила — Всё мне толстой стихи для детей, всё постыло! Иным призванием влеком, Толстой стихи для детей не могу народом править: Простым рожден я быть певцом, Глаголом вольным бога славить. В толпе вельмож всегда один, Мученья полон я и скуки, Среди пиров, в главе дружин, Иные слышаться мне звуки. Неодолимый их призыв К себе влечет меня все боле — О, отпусти меня, калиф, Дозволь дышать и петь на воле! » И тот просящему в ответ: «Возвеселись, мой раб любимый! Печали вечной в мире нет И нет тоски неизлечимой. Твоею мудростью одной Кругом Дамаск могуч и славен. Кто ныне нам величьем равен И кто дерзнет на нас войной? А я возвышу жребий твой — Недаром я окрест державен — Ты примешь чести торжество, Ты, ты будешь мне мой брат единый: Возьми полцарства моего, Лишь правь другою половиной! » К нему певец: «Твой щедрый дар, О государь, певцу не нужен; С толстой стихи для детей силою он дружен; В его груди пылает жар, Которым зиждется созданье; Служить творцу его призванье; Его души незримый мир Престолов выше и порфир. Он не изменит, не обманет; Всё, что других влечет и манит: Богатство, сила, слава, честь — Всё в мире том в избытке есть; А все сокровища природы: Степей безбережный простор, Туманный очерк дальних гор, И моря пенистые воды, Земля, и солнце, и луна, И всех созвездий хороводы, И синей тверди глубина — Толстой стихи для детей всё одно лишь отраженье, Лишь тень таиственных красот, Толстой стихи для детей вечное виденье В душе избранника живет. О, верь, ничем тот не подкупен, Кому сей чудный мир доступен, Кому господь дозволил взгляд В то сокровенное толстой стихи для детей, Где первообразы кипят, Трепещут творческие силы. То их торжественный прилив Звучит певцу в его толстой стихи для детей, — О, отпусти меня, калиф, Дозволь дышать и петь на воле! » И рек калиф: «В твоей груди Не властен я сдержать желанье, Певец, свободен ты, иди, Куда влечет тебя призванье! » И вот правителя дворцы Добычей сделались забвенья, Оделись пестрые зубцы Травой и прахом запустенья; Его несчетная казна Давно уж нищим раздана, Толстой стихи для детей слуг не видно боле, Рабы отпущены на волю, И не укажет не один, Куда их скрылся господин. В хоромах стены и картины Давно затканы паутиной, И мхом фонтаны заросли; Плющи, ползущие по хорам, От самых сводов до земли Зеленым падают узором, И толстой стихи для детей спокойно полевой Растет кругом на звонких плитах, И ветер, шелестя травой, В чертогах ходит позабытых. И посох мой благословляю, И эту бедную суму, И степь от краю и до краю, И солнца свет, и ночи тьму, И одинокую тропинку, По коей, нищий, я иду, И в поле каждую былинку, И в небе каждую звезду! О, если б мог всю жизнь смешать я, Всю душу вместе с вами слить, О, если б мог в мои объятья Я вас, враги, друзья и братья, И всю природу заключить! Как горней бури приближенье, Как натиск пенящихся вод, Теперь в груди моей растет Святая сила вдохновенья. Уж на устах дрожит хвала Всему, что благо и достойно, — Какие ж мне воспеть дела, Какие битвы или войны? Где я для дара моего Найду высокую задачу, Чье передам я торжество Иль чье падение оплачу? Блажен, кто рядом славных дел Свой век украсил быстротечный, Блажен, кто жизнию умел Хоть раз коснуться правды вечной, Блажен, кто истину искал, И тот, кто, побежденный, пал В толпе ничтожной и холодной, Как жертва мысли благородной! Но не для них моя хвала, Не им восторга излиянья — Мечта для песен избрала Не их высокие деянья; И не в венце сияет он, К кому душа моя стремится; Не блеском славы окружен, Не на звенящей колеснице Стоит он, гордый сын побед; Не в торжестве величья — нет, — Я зрю его передо мною С толпою бедных рыбаков; Он тихо, мирною стезею, Идет средь зреющих хлебов; Благих речей своих отраду В сердца простые он толстой стихи для детей, Он правды алчущее стадо К ее источнику ведет. Зачем не в то рожден я время, Когда меж нами, во плоти, Неся мучительное бремя, Он шел на жизненном пути! Зачем я не могу нести, О, мой господь, твои оковы, Твоим страданием страдать, И крест на плечи твой приять, И на главу венец терновый! О, если б мог я лобызать Лишь край святой толстой стихи для детей одежды, Лишь пыльный след твоих шагов! О, мой господь, моя надежда, Моя и сила, и покров! Тебе хочу я все мышленья, Тебе всех песней благодать, И думы дня, и ночи бденья, И сердца каждое биенье, И душу всю мою отдать! Не отверзайтесь для другого Отныне, вещие уста! Греми лишь толстой стихи для детей Христа, Мое восторженное слово! Вы, чьи лучшие стремленья Даром гибнут под ярмом, Верьте, други, в избавленье — К божью свету мы грядем! Вы, кручиною согбенные, Вы, цепями удрученные, Вы, Христу сопогребенные, Совоскреснете с Христом! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Вся земля наша велика и обильна, а наряда в ней нет. Земля наша богата, Порядка в ней лишь нет. Давай пошлем к варягам: Пускай придут княж ить. Попытка ведь не шутка — Пойдем, коли зовут! » 8 И вот пришли три брата, Варяги средних лет, Глядят — земля богата, Порядка ж вовсе нет. Здесь ногу сломит черт, Es ist ja eine Schande, Wir m? » И сделал нам Иордань. Когда его спихнем, Увидите, порядок Какой мы заведем! » 18 Послал он за попами В Афины и Царьград, Попы пришли толпами, Крестятся и кадят, 19 Поют себе умильно И полнят свой кисет; Земля, как есть, обильна, Порядка только нет. За ним княжить стал вскоре Великий Ярослав. » Надели шаровары, Приехали на Русь. » Хоть вон святых неси. Тут много всякой дряни Настало на Руси. Уж мы теперь не дети! » Послал татарам шиш. Известно, что без власти Далёко не уйдешь. Пришла для государства Тут новая пора. » И тотчас за порядком Уехал в Амстердам. Но что я слышу? Лишь в сказках Мы зрим такой наряд; На маленьких салазках Министры все катят. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Источник за в ишневым садом, Следы голых девичьих ног, И тут же оттиснулся рядом Гвоздями подбитый сапог. Все тихо на месте их встречи, Но чует ревниво мой ум Толстой стихи для детей шепот, и страстные толстой стихи для детей, И ведер расплесканных шум. И вот над Днестром, среди светлых хором, В венце из царьградского злата, Князь слушает, сидя, посольскую речь, Глаза опустив, опершися на меч. И молвит легат: «Далеко толстой стихи для детей, О княже, прославлен за доблесть свою! Ты в русском краю Как солнце на всех изливаешь щедроты, Врагам ты в бою Являешься божиим громом; Могучей рукой ты Царьград поддержал, В земле половецкой не раз испивал От синего Дона шеломом. Ты храбр, аки тур, и сердит, аки рысь, — Но ждет тебя большая слава, Лишь римскому папе душой покорись, Святое признай его право: Он может по воле решить и вязать, На дом он на твой призовет благодать, На недругов — божье проклятье. Прими ж от него королевскую власть, К стопам его пасть Спеши — и тебе он отверзет объятья, И, сыном коль будешь его нареком, Тебя опояшет духовным мечом! И, лукавую выслушав речь, Роман на свой меч Взглянул — и его вполовину Он выдвинул вон из нарядных ножон: «Скажи своему господину: Когда так духовным мечом он силен, То он и хвалить его волен, Но пусть он владеет по-прежнему им, А я вот и этим, железным толстой стихи для детей, Доволен! А впрочем, за ласку к Червонной Руси Поклон ему наш отнеси! » Начало 1870 Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » К страданиям чужим ты толстой стихи для детей полна, И скорбь ничья тебя не проходила мимо; К себе лишь ты одной всегда неумолима, Всегда безжалостна и вечно холодна! Но если б видеть ты люб ящею душою Могла со стороны хоть раз свою печаль - О, как самой себя тебе бы стало жаль И как бы плакала ты грустно над собою! Припомни день, когда ты, долу Склонясь задумчивой главой, Внимала русскому глаголу Своею русскою душой; Я мыслил, песни те слагая: Они неведомо замрут — Но ты дала им, о благая, Свою защиту и приют. Встречай же в солнце и в лазури, Царица, радостные дни, И нас, певцов, в годину бури В своих молитвах помяни! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Кабы толстой стихи для детей я, кабы ведала, Не смотрела бы из окошечка Я на молодца разудалого, Как он ехал по нашей улице, Набекрень заломивши мурмолку, Как лихого коня буланого, Звонконогого, долгогривого, Супротив окон на дыбы вздымал! Кабы знала я, толстой стихи для детей ведала, Для него бы я не рядилася, С золотой каймой ленту алую В косу длинную не вплетала бы, Рано до свету не вставала бы, За околицу не спешила бы, В росе ноженьки не мочила бы, На проселок тот не глядела бы, Не проедет ли тем проселком он, На руке держа пестра сокола! Кабы знала я, кабы ведала, Не сидела бы поздно вечером, Пригорюнившись, на завалине, На завалине, близ колодезя, Поджидаючи да гадаючи, Не придет ли он, ненаглядный мой, Напоить коня студеной толстой стихи для детей Орешника лист ароматный Тебе я в тени настелю. Я там, у подножья аула, Тебе шелковицы нарву, А лошадь и бурого мула Мы пустим в густую траву. Ты здесь у фонтана приляжешь, Пока не минуется зной, Ты мне улыбнешься и скажешь, Что ты не устала со мной. Лето 1856 Как селянин, когда грозят Войны тяжелые удары, В дремучий лес несет свой клад От нападенья и пожара, И там во мрачной тишине Глубоко в землю зарывает, И на чешуйчатой сосне Свой знак с заклятьем зарубает, Так ты, певец, в лихие дни, Во дни гоненья рокового, Под темной речью хорони Свое пророческое слово. Ковшами золотыми столов блистает ряд, Разгульные за толстой стихи для детей опричники сидят. С вечерни льются вины на царские ковры, Поют ему с полночи лихие гусляры, Поют потехи брани, дела былых времен, И взятие Казани, и Астрахани плен. Но голос прежней славы царя не веселит, Подать себе личину он кравчему велит: «Да здравствуют тиуны, опричники мои! Вы ж громче бейте в струны, баяны-соловьи! Себе личину, други, пусть каждый изберет, Я первый открываю веселый хоровод. За мной, мои тиуны, опричники мои! Вы ж громче бейте в струны, баяны-соловьи! » И все подъяли кубки. Не поднял лишь один; Один не поднял кубка, Михайло князь Репнин. Забыл ты бога, свой сан ты, царь, забыл Опричниной на горе престол свой окружил! Рассыпь державным словом детей бесовских рать! Тебе ли, властелину, здесь в м ашкаре плясать! » Но царь, нахмуря брови: «В уме ты, знать, ослаб, Или хмелен не в меру? Не возражай ни слова и м ашкару надень — Или клянусь, что прожил ты свой последний день! » Тут встал и поднял кубок Репнин, правдивый князь: «Опричнина да сгинет! Да правит человеки, как правил ими встарь! Да презрит, как измену, бесстыдной лести глас! Личины ж не надену я в мой последний час! » Он молвил и ногами личину толстой стихи для детей Из рук его на землю звенящий кубок пал. » — царь вскрикнул, разъярясь, И пал, жезлом пронзенный, Репнин, правдивый князь. И вновь подъяты кубки, ковши опять звучат, За длинными столами опричники шумят, И смех их раздается, и пир опять кипит, Но звон ковшей и кубков царя не веселит: толстой стихи для детей, убил напрасно я верного слугу, Вкушать веселье ныне я боле не могу! » Напрасно льются вины на царские ковры, Поют царю толстой стихи для детей лихие гусляры, Поют потехи брани, дела былых времен, И взятие Казани, и Астрахани плен. «Слово о полку Игореве» Князь Ростислав в земле чужой Лежит на дне речном, Лежит в кольчуге боевой, С изломанным мечом. Днепра подводные красы Лобзаться любят с ним И гребнем витязя власы Расчесывать златым. Его напрасно день и ночь Княгиня дома ждет. Ладья его умчала прочь — Назад не принесет! В глухом лесу, в земле чужой, В реке его приют; Ему попы за упокой Молитвы не поют; Но с ним подводные красы, С ним дев веселых рой, И чешет витязя власы Их гребень золотой. Когда же на берег Посвист Седые волны мчит, В лесу кружится желтый лист, Ярясь, Перун гремит, Тогда, от сна на дне речном Внезапно пробудясь, Очами мутными кругом Взирает бедный князь. Жену младую он зовет — Увы! Зовет к себе и брата он, Его обнять бы рад — Но, сонмом гридней окружен, Пирует дома брат. Зовет он киевских попов, Велит себя отпеть — Но до отчизны слабый зов Не может долететь; И он, склонясь на ржавый щит, Опять тяжелым сном В кругу русалок юных спит Один на дне речном. Август или сентябрь 1856 Спускается солнце за степи, Вдали золотится ковыль,- Колодников звонкие цепи Взметают дорожную пыль. Идут они с бритыми лбами, Шагают вперед тяжело, Угрюмые сдвинули брови, На сердце раздумье легло. Идут с ними длинные тени, Две клячи телегу везут, Лениво толстой стихи для детей колени, Конвойные с ними идут. Уж, видно, такая невзгода Написана нам на роду! Первая половина 1850-х годов Колокольчики мои, Цветики степные! Что глядите на меня, Тёмно-голубые? И о чём звените вы В день весёлый толстой стихи для детей, Средь некошеной травы Головой качая? Конь несёт меня стрелой На поле открытом; Он вас топчет под собой, Бьёт своим толстой стихи для детей. Колокольчики мои, Цветики степные! Не кляните вы меня, Тёмно-голубые! Я бы рад вас толстой стихи для детей топтать, Рад промчаться мимо, Но уздой не удержать Бег неукротимый! Я лечу, лечу стрелой, Только пыль взметаю; Конь несёт меня лихой,- А куда? Он учёным ездоком Толстой стихи для детей воспитан в холе, Он с буранами знаком, Вырос в чистом поле; И не блещет как огонь Твой чепрак узорный, Конь мой, конь, славянский конь, Дикий, непокорный! Есть нам, конь, с тобой простор! Мир забывши тесный, Мы летим во весь опор К цели неизвестной. Чем окончится наш бег? Знать не может человек - Знает бог единый! Упаду ль на солончак Умирать от зною? Толстой стихи для детей злой киргиз-кайсак, С бритой головою, Молча свой натянет лук, Лежа под травою, И меня догонит вдруг Медною стрелою? Иль влетим мы в светлый град Со кремлем престольным? Чудно улицы гудят Гулом колокольным, И на площади народ, В шумном ожиданье Видит: с запада идет Светлое посланье. В кунтушах и в чекменях, С чубами, с усами, Гости едут на конях, Машут булавами, Подбочась, за строем строй Чинно выступает, Рукава их за спиной Ветер раздувает. И хозяин на крыльцо Вышел величавый; Его светлое лицо Блещет новой славой; Всех его исполнил вид И любви и страха, На челе его горит Шапка Мономаха. И в добрый час! Гой вы, цветики мои, Цветики степные! Что глядите на меня, Темно-голубые? И о чем грустите вы В день веселый мая, Средь некошеной травы Головой качая? О друг ты мой бедный, боюся, со мной Не быть тебе долго толстой стихи для детей Во мне и надежд и отчаяний рой, Кочующей мысли прибой и отбой, Приливы любви и отливы. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Коль любить, так без рассудку, Коль грозить, так не на шутку, Коль ругнуть, так сгоряча, Коль рубнуть, так уж сплеча! Коли спорить, так уж смело, Коль карать, так уж за дело, Коль простить, так всей душой, Коли пир, так пир горой! Русская и советская поэзия для студентов-иностранцев. Москва, толстой стихи для детей "Высшая школа", 1969. » » Край ты мой, родимый край! Kонский бег на воле, В небе крик орлиных стай, Волчий голос в поле! Гой ты, толстой стихи для детей моя! Гой ты, бор дремучий! Свист полночный соловья, Ветер, степь да тучи! Ты помнишь ли вечер, как море шумело, В шиповнике пел соловей, Душистые толстой стихи для детей акации белой Качались на шляпе твоей? Меж камней, обросших густым толстой стихи для детей, Дорога была так узка; В молчанье над морем мы ехали рядом, С рукою толстой стихи для детей рука! Ты так на седле нагибалась красиво, Ты алый шиповник рвала, Буланой лошадки косматую гриву С любовью ты им убрала; Одежды твоей непослушные складки Цеплялись за ветви, а ты Беспечно смеялась — цветы на лошадке В руках и на шляпе цветы. Ты помнишь ли рев дождевого потока И пену и брызги кругом? И нам наше горе казалось далёко, И как мы забыли о нем! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » В степи, на равнине открытой, Курган одинокий стоит; Под ним богатырь знаменитый В минувшие веки зарыт. В честь витязя тризну свершали, Дружина дралася три дня, Жрецы ему разом заклали Всех жен и любимца коня. Когда же его схоронили И шум на могиле затих, Певцы ему славу сулили, На гуслях гремя золотых. «О витязь, делами твоими Гордится великий народ! Твое громоносное имя Столетия все перейдет! И если курган твой высокий Сровнялся бы с полем пустым, Толстой стихи для детей слава, разлившись далеко, Была бы курганом твоим! » И вот миновалися толстой стихи для детей, Столетия вслед протекли, Народы сменили народы, Лицо изменилось земли; Курган же с высокой главою, Где витязь могучий зарыт, Еще не сровнялся с землею, По-прежнему гордо стоит; А витязя славное имя До наших времен не дошло. Венцами какими Свое он украсил чело? Чью кровь проливал он рекою? Какие он жег города? И смерью погиб он какою? И в землю опущен когда? Безмолвен курган одинокий, Наездник державный забыт, И тризны в пустыне широкой Никто уж ему не свершит. Лишь мимо кургана мелькает Сайгак, через толстой стихи для детей скача, Иль вдруг на него налетает, Крилами треща, саранча; Порой журавлиная стая, Окончив подоблачный путь, К кургану шумит подлетая, Садится на нем отдохнуть; Тушканчик порою проскачет По нем при мерцании дня, Иль всадник высоко маячит На нем удалого коня; А слезы прольют разве тучи, Над степью плывя в небесах, Да ветер лишь свеет летучий С кургана забытого прах. Когда же на западе дальний, Бледнея, скрывается день, Сидит на кургане печально Забытого витязя тень, Сидит и вздыхает глубоко: «Где слава, где слава моя? Минувшие веки далеко, Отторгнут от прошлого я! О жизни своей вспомяну ли? Толстой стихи для детей было иначе тогда! Певцы, вы меня обманули, Венцов моих нет и следа! И если бы знал я, как скоро, Как скоро увянут толстой стихи для детей, Далеко от брани и спора Я прожил бы мирные дни! » Так думает витязь, вздыхая, На темном кургане сидит, Доколе заря золотая Пустынную степь озарит; Тогда он обратно уходит, В подземный уходит он дом, А ветер по-прежнему бродит, И грустно и пусто кругом. Примечание: в окончательной авторской редакции последние шесть строф отсутствуют. Стихотворение публиковалось также без четвёртой дополнительной строфы, то есть с пятью дополнительными строфами. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Лишь только один я останусь с собою, Меня голоса призывают толпою. Которому ж голосу отповедь дам? В сомнении рвется душа пополам. Советов, угроз, обещаний так много, Но где же прямая, святая дорога? С мучительной думой стою на пути - Не знаю, направо ль, налево толстой стихи для детей идти? Махни уж рукой да иди, не робея, На толстой стихи для детей, который всех манит сильнее, Который немолчно, вблизи, вдалеке, С тобой говорит на родном языке! Август или сентябрь 1856 Склоняся к юному Христу, Его Мария осенила, Любовь небесная затмила Ее земную красоту. А он, в прозрении глубоком, Уже вступая с миром в бой, Глядит толстой стихи для детей — и ясным оком Голгофу видит пред собой. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Меня, во мраке и в пыли Досель влачившего оковы, Любови крылья вознесли В отчизну пламени и слова. И просветлел мой темный толстой стихи для детей, И стал мне виден мир незримый, И слышит ухо с этих пор, Чт о для других неуловимо. И с горней выси я сошел, Проникнут весь ее лучами, И на волнующийся дол Взираю новыми очами. И слышу я, как разговор Везде немолчный раздается, Как сердце каменное гор С любовью в темных недрах бьется, С любовью в тверди голубой Клубятся медленные тучи, И под древесною корой, Весною свежей и пахучей, С любовью в листья сок толстой стихи для детей Струей подъемлется певучей. И вещим сердцем понял я, Что все рожденное от Слова, Лучи любви кругом лия, К нему вернуться жаждет снова; И жизни каждая струя, Любви покорная закону, Стремится силой бытия Неудержимо к божью лону; И всюду звук, и всюду свет, И всем мирам одно начало, И ничего в природе нет, Что бы любовью не дышало. Милый друг, тебе не спится, Душен комнат жар, Толстой стихи для детей кружится Над тобой комар. Подойди сюда, к толстой стихи для детей, Все кругом молчит, За оградою дорожку Месяц серебрит. Не скрыпят в сенях ступени, И толстой стихи для детей саду темно, Чуть заметно в полутени Дальнее гумно. Встань, приют тебя со мною Там спокойный ждет; Сторож там, звеня доскою, Мимо не пройдет. Без повода и права негодуя, Уж толстой стихи для детей кипит бунтующая кровь, Но с пошлой жизнью слиться не могу я, Моя любовь, о друг, и не ревнуя, Осталась та же прежняя любовь. Так от высот нахмуренной природы, С нависших скал сорвавшийся поток Из царства туч, грозы и непогоды В простор степей выносит те же воды И вдаль течет, спокоен и глубок. Условий мелкий сор крутящимся столбом Из мысли унесла живительная сила И током теплых слез, как благостным дождем, Опустошенную мне душу оросила. И над обломками безмолвен я стою, И, трепетом еще неведомым обьятый, Воскреснувшего дня пью свежую струю И грома дальнего внимаю перекаты. Моя душа летит приветом Навстречу вьюге снеговой, Толстой стихи для детей я тройку удалую И свист саней на всем бегу, Гремушки, кованую сбрую И золоченую дугу. Люблю тот край, где зимы долги, Но где весна так молода, Где вниз по матушке по Волге Идут бурлацкие суда. Люблю пустынные дубравы, Колоколов призывный гул, И нашей песни величавой Тоску, свободу и разгул. Она, как Волга, отражает Родные степи и леса, Стесненья мелкого не знает, Длинна, как девичья коса. Как синий вал, звучит глубоко, Как белый лебедь, хороша, И с ней уносится далеко Моя славянская душа. » 6 Будь всегда душой обеда, Не брани чужие щи И из уха у соседа Дерзко ваты не тащи. » И кормилицыной груди У дити не отбивай. Вторая половина 1870 Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » На нивы желтые нисходит тишина; В остывшем воздухе от меркнущих селений, Дрожа, несется звон. Душа моя полна Разлукою с тобой и горьких сожалений. И каждый мой упрек я вспоминаю вновь, И каждое твержу приветливое слово, Что мог бы я сказать тебе, моя любовь, Но что внутри себя я схоронил сурово! И глушь и тишина. Лишь сонные дрозды Как нехотя свое доканчивают пенье; От луга всходит пар. Мерцающей звезды У ног моих в воде явилось отраженье; Прохладой дунуло, и прошлогодний лист Зашелестел в дубах. Внезапно легкий свист Послышался; за ним, отчетисто и внятно, Стрелку знакомый хрип раздался троекратно, И вальдшнеп протянул - вне выстрела. Другой Летит из-з а лесу, но длинною дугой Опушку обогнул и скрылся. Слух и зренье Мои напряжены, и вот через мгновенье, Свистя, еще один, в последнем свете дня, Чертой трепещущей несется на меня. Дыханье притаив, нагнувшись под осиной, Я выждал верный миг - вперед на пол-аршина Я вскинул - огнь блеснул, по лесу грянул гром - И вальдшнеп падает на землю колесом. Удара тяжкого далекие раскаты, Слабея, замерли. Спокойствием объятый, Вновь дремлет юный лес, и облаком седым В недвижном воздухе висит ружейный дым. Вот донеслась еще из дальнего болота Весенних журавлей ликующая нота - И стихло все опять - и в глубине ветвей Жемчужной дробию защелкал соловей. Но отчего же вдруг, мучительно и странно, Минувшим на меня повеяло нежданно И в этих сумерках, и в этой тишине Упреком горестным оно предстало мне? Зачем в моей душе вы снова толстой стихи для детей И снова предо толстой стихи для детей, средь явственного сна, Мелькнула дней моих погибшая весна? Май 1871 Нас не преследовала злоба, Не от вражды иль клеветы - От наших дум ушли мы оба, Бежали вместе, я и ты. Зачем же прежний глас упрека Опять твердит толстой стихи для детей одно? Опять пытующее око Во глубь души устремлено? Смотри: наш день восходит чисто, Ночной рассеялся туман, Играя далью золотистой, Нас манит жизни океан, Уже надутое ветрило Наш челн уносит в новый край. Не сожалей о том, что было, И взор обратно не кидай! А и сеет оно давным-давно, И сечет оно без умолку, Без умолку, без устали, Без конца сечет, без отдыха; Проняло насквозь добра молодца, Проняло дрожью холодною, Лихорадкою, лихоманкою, Сном-дремотою, зевотою. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Не толстой стихи для детей меня, мой друг, Гнев твой выразится толстой стихи для детей, Он мне только нежит слух, Я слова ловить лишь буду, Как они польются вдруг, Так посыпятся, что чудо, Точно падает жемч уг Толстой стихи для детей серебряное блюдо! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Не верь мне, друг, когда, в избытке горя Я говорю, что разлюбил тебя, В отлива час не верь измене моря, Оно к земле воротится, любя. Уж я тоскую, прежней страсти полный, Мою свободу вновь тебе отдам, И уж бегут с обратным шумом волны Издалека к любимым берегам! Не ветер, вея с высоты, Листов коснулся ночью лунной; Моей души коснулась ты - Она тревожна, как листы, Она, как гусли, многострунна. Житейский вихрь ее терзал И сокрушительным набегом, Свистя и воя, струны рвал И заносил холодным снегом. Твоя же речь ласкает слух, Твое легко прикосновенье, Как от цветов летящий пух, Как майской ночи дуновенье. Не пенится море, не плещет волна, Деревья листами не двинут; На глади прозрачной царит тишина, Как в зеркале, мир опрокинут. Сижу я на камне; висят облака, Недвижные в синем просторе; Душа безмятежна, душа глубока — Сродни ей спокойное море! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. Так светит прошлое нам в жизненной ночи, Но уж не греют нас бессильные лучи, Звезда минувшего так в горе мне видна, Видна, но далека — светла, но холодна! Примечание: в книге имеется это же стихотворение в переводе «О, солнце глаз бессонных. »«Бессонное толстой стихи для детей, в тумане луна!. »«Бессонных солнце. Маркевича «О солнце тех, кто не вкушает сна. В сборнике приведён перевод этого стиха, сделанный «Печальная звезда, бессонных солнце! » Сентябрь 1856 Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Нет, уж не ведать мне, братцы, ни сна, ни покою! С жизнью бороться приходится, с бабой-ягою! Старая крепко меня за бока ухватила, Сломится, так и гляжу, молодецкая сила! Пусть толстой стихи для детей хоть молча, а то ведь накинулась с бранью, Слух утомляет мне, сплетница, всякою дрянью. Ох, насолили мне дрязги и мелочи эти! Баба, постой, погоди, не одна ты на свете! Сила и воля нужны мне для боя иного — После, пожалуй, с тобою мы схватимся снова! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » О друг, ты жизнь влачишь, без пользы увядая, Пригнутая к земле, как тополь молодая; Поблекла свежая ветвей твоих краса, И листья кроет пыль и дольная роса. О, долго ль быть тебе печальной и толстой стихи для детей Смотри, пришла весна, толстой стихи для детей не крепки путы, Воспрянь и подымись трепещущим столбом, Вершиною шумя в эфире голубом! О, если бы хоть раз я твой увидел лик, Каким я знал его в счастливейшие годы! Когда в твоих глазах засветится слеза, О, если б эта грусть могла пройти порывом, Как в теплую весну пролeтная гроза, Как тень от облаков, бегущая по нивам! Но все ее невидимые муки, Нестройный гул сомнений и забот, Все меж собой враждующие звуки Последний час в созвучие сольет, В один порыв смешает в сердце толстой стихи для детей Все чувства, врозь которые звучат, И разрешит торжественным аккордом Их голосов мучительный разлад. От праха отрешась, не удержать полета В неведомую даль! Кто будет в той стране, о друг, твоя забота И кто твоя печаль? В тревоге бытия, в безбрежном колыханье Без цели и следа, Кто в жизни будет мне и радость, и дыханье, И яркая звезда? Слиясь в одну любовь, мы цепи бесконечной Толстой стихи для детей звено, И выше восходить в сиянье правды вечной Нам толстой стихи для детей не суждено! И виден, как сквозь покрывало, Был остров таинственный нам, Светилося все, и звучало, И весело двигалось там. И так нас к себе несдержимо Звало и манило вдали, А мы - безутешно мы мимо По темному морю плыли. Одарив весьма обильно Нашу землю, царь небесный Быть богатою и сильной Повелел ей повсеместно. Но чтоб падали селенья, Чтобы нивы пустовали - Нам на то благословенье Царь небесный дал едва ли! Мы беспечны, мы ленивы, Все у нас из рук вал ится, И к тому ж мы терпеливы - Этим нечего хвалиться! Февраль 1869 Ой стог и, стог и, На лугу широком! Вас не перечесть, Не окинуть оком! Ой стог и, стог и, В зеленом болоте, Стоя на часах, Что вы стережете? Раскидали нас Посредине луга, Раскидали врозь, Дале друг от друга! От лихих гостей Нет нам обороны, На главах у нас Черные вороны! На главах у нас, Затмевая звезды, Галок стая вьет Поганые гнезда! Ой орел, орел, Наш отец далекий, Опустися к нам, Грозный, светлоокий! Ой орел, орел, Внемли нашим стонам, Доле нас срамить Не давай воронам! Накажи скорей Их высокомерье, С неба в них ударь, Чтоб летели перья, Чтоб летели врозь, Чтоб в степи широкой Ветер их разнес Далек о, далёко! А и хвала ли боярину кичку носить? Воеводе по воду ходить? Гусляру-певуну во приказе сидеть, Во приказе сидеть, потолок коптить? Ой, коня б ему, гусли б звонкие! Ой, в луга б ему, во зеленый бор, Через толстой стихи для детей да в темный сад, Где соловушко на черемушке Целу ноченьку напролет поет! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Волоса на безумные очи, Звуки скрыпки так дивно звучали, Разливаясь в безмолвии ночи. В них рассказ убедительно-лживый Развивал невозможную повесть, И змеиного цвета отливы Соблазняли и мучили совесть. Обвиняющий слышался голос, И рыдали в ответ оправданья, И бессильная воля боролась Толстой стихи для детей возрастающей бурей желанья; И в туманных волнах рисовались Берега позабытой отчизны, Неземные слова раздавались И манили назад с укоризной; И так билося сердце тревожно, Так ему становилось понятно Все блаженство, что было возможно И потеряно так невозвратно, И к себе беспощадная бездна Свою жертву, казалось, тянула, А стезею лазурной и звездной Уж полнеба луна обогнула. Звуки пели, дрожали так звонко, Замирали и пели толстой стихи для детей, Беглым пламенем синяя жженка Музыканта лицо освещала. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. Обсыпается весь наш бедный сад, Листья пожелтелые по ветру летят; Лишь вдали красуются, там на дне долин, Кисти ярко-красные вянущих рябин. Весело и горестно сердцу моему, Молча твои рученьки грею я и жму, В очи тебе глядючи, молча слезы лью, Не умею высказать, как тебя люблю. Рана не смертельна, вылечится к лету, Будешь красоваться, листьями убрана. Лишь больное сердце не залечит раны! Лето 1856 1 Гаральд в боевое садится седло, Покинул он Киев державный, Вздыхает дорогою он тяжело: «Звезда ты моя, Ярославна! » 3 И Русь оставляет Гаральд за собой, Плывет он размыкивать толстой стихи для детей Туда, где арабы с норманнами бой Ведут на земле и на море. » 5 Дает себя знать он и грекам в бою, И Генуи выходцам вольным, Он на море бьется, ладья о ладью, Но мысль его в Киеве стольном. » 10 И в Толстой стихи для детей он стольный въезжает, крестясь; Там, гостя радушно встречая, Выходит из терема ласковый князь, А с ним и княжна молодая. Расскажи, из какой На Русь воротился ты дали? Замешкался долго толстой стихи для детей земле толстой стихи для детей чужой, Давно мы тебя не видали! » 12 «Я, княже, уехал, любви не стяжав, Уехал безвестный и бедный; Но ныне к тебе, государь Ярослав, Вернулся я в славе победной! толстой стихи для детей 17 В Норвегии праздник веселый идет: Весною, при плеске народа, В ту пору, как алый шиповник цветет, Вернулся Гаральд из похода. » Январь-февраль 1869 Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » 1 Друзья, ура единство! Различий, как бесчинства, Народных я боюсь. Их надо тискать, тискать В московский облик всех! Есть и немцы Но это: entre nous! Апрель или май 1869 Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » По гребле неровной и тряской, Вдоль мокрых рыбачьих сетей, Дорожная едет коляска, Сижу я задумчиво в ней,- Сижу и смотрю я дорогой На серый и пасмурный день, На озера берег отлогий, На дальний дымок деревень. По гребле, со взглядом угрюмым, Проходит оборванный жид, Из озера с пеной и шумом Вода через греблю бежит. Там мальчик играет на дудке, Забравшись в зеленый тростник; В испуге взлетевшие утки Над озером подняли крик. Близ мельницы старой и шаткой Сидят на траве мужики; Телега с разбитой лошадкой Лениво подвозит мешки. Мне кажется все так знакомо, Хоть не был я здесь никогда: И крыша далекого толстой стихи для детей, И мальчик, и лес, и вода, И мельницы говор унылый, И ветхое в поле гумно. Все это когда-то уж было, Но мною забыто давно. Так точно толстой стихи для детей лошадка, Такие ж тащила мешки, Такие ж у мельницы шаткой Сидели в траве мужики, И так же шел жид бородатый, И так же шумела вода. Все это уж было когда-то, Но только не помню когда! Но только лишь один останусь я в тиши И суетного дня минует гул тревожный, Смиряется во мне волненье жизни ложной, Душа, как озеро, прозрачна и сквозна, И взор я погрузить в нее могу до дна; Спокойной мыслию, ничем не возмутимой, Твой отражаю лик желанный и любимый И ясно вижу глубь, где, как блестящий клад, Любви моей толстой стихи для детей тебе сокровища лежат. » Но уж поздно, встает со княгинею князь, На три стороны в пояс гостям поклонясь, Всем желает довольным остаться — Это значит: пора расставаться. Перед самой зарей утомился Поток, Под собой уже резвых не чувствует ног, На мостницы как сноп упадает, На полтысячи лет засыпает. Полюбился Потоку красивый цветок, И понюхать его норовится Поток, Как в окне показалась царевна, На Потока накинулась гневно: 10 «Шеромыжник, болван, неученый холоп! Чтоб тебя в турий рог искривило! Поросенок, теленок, свинья, эфиоп, Чертов сын, неумытое рыло! Кабы только не этот мой девичий стыд, Что иного словца мне сказать не толстой стихи для детей, Я тебя, прощелыгу, нахала, Толстой стихи для детей не толстой стихи для детей бы еще обругала! » 11 Испугался Поток, не на шутку струхнул: «Поскорей унести бы мне ноги! » Вдруг гремят тулумбасы; идет караул, Гонит палками встречных с дороги; Едет царь на коне, в зипуне из парчи, А кругом с топорами идет палачи — Его милость сбираются тешить, Там кого-то рубить или вешать. » Но вдруг слышит слова: толстой стихи для детей земной едет бог, То отец наш казнить нас изволит! » И на улице, сколько там было толпы, — Воеводы, бояре, монахи, попы, Мужики, старики и старухи, — Все пред ним повалились на брюхи. Мы честили князей, но толстой стихи для детей эдак! Да и полно, уж вправду ли я на Руси? От земного нас бога господь упаси! Нам Писанием велено строго Признавать лишь небесного Бога! » 14 И пытает у встречного он молодца: «Где здесь, дядя, сбирается вече? » Но на том от испугу не видно лица: «Чур меня, — толстой стихи для детей, — человече! » И пустился бежать от Потока бегом, У того толстой стихи для детей голова заходила кругом, Он на землю как сноп упадает, Лет на триста еще засыпает. — не припомнит преданье; Погуляв себе взад и вперед в холодке, Входит он во просторное зданье; Видит: судьи сидят, и торжественно тут Над преступником гласный свершается суд. Несомненны и тяжки улики, Преступленья ж довольно велики: 16 Он отца отравил, пару теток убил, Взял подлогом чужое именье Да двух братьев и трех дочерей задушил, — Ожидают присяжных решенья. И присяжные входят с довольным лицом: «Хоть убил, — говорят, — не виновен ни в чем! » Тут платками им слева и справа Машут барышни с криками: браво! » А соседи, косясь на него, говорят: «Вишь, какой затесался сюда ретроград! Отстал ой он, то видно по платью, Притеснять хочет меньшую братью! » 18 Но Поток из их слов ничего не поймет, И в другое он здание входит; Там какой-то аптекарь, не то патриот, Пред толпою ученье проводит: Что, мол, нету души, толстой стихи для детей одна только плоть И что если и впрямь существует господь, То он только есть вид кислорода, Вся же суть в безначалье народа. » Но Поток вопрошает: «Какого? » «Мужика вообще, что смиреньем велик! » Но Поток говорит: «Есть мужик толстой стихи для детей мужик: Если он не пропьет урожаю, Я тогда мужика уважаю! — закричал на него патриот. — Знай, что только в народе спасенье! » Но Поток говорит: «Я ведь тоже народ, Так за что ж для меня исключенье? » Но к нему патриот: «Ты народ, да не тот! Править Русью призв ан только черный народ! То по старой системе всяк равен, А по нашей лишь он полноправен! » 21 Тут все подняли крик, словно дернул их бес, Угрожают Потоку бедою. Слышно: почва, гуманность, коммуна, прогресс И что кто-то заеден средою. Меж собой вперерыв, наподобье галчат, Все об общем каком-то о деле кричат, И Потока с язвительным тоном Называют остзейским бароном. Ведь вчера еще, лежа толстой стихи для детей брюхе, они Обожали московского хана, А сегодня велят мужика обожать. Мне сдается, такая потребность лежать То пред тем, то пред этим на брюхе, На вчерашнем основана духе! » 23 В третий входит он дом — и объял его страх: Видит, в длинной палате вонючей, Все острижены вкруг, в сюртуках и очках, Собралися красавицы кучей. Про какие-то женские споря права, Совершают они, засуча рукава, Пресловутое общее дело: Потрошат чье-то мертвое тело. Ах, как он неразвит! Современности вовсе не видно! » Но Поток говорит, очутясь на дворе: «То ж бывало у нас и на Лысой горе, Только ведьмы хоть голы и босы, Но, по крайности, есть у них косы! » 25 И что видеть и слышать ему довелось: И тот суд, и о боге ученье, И в сиянье мужик, и девицы без кос — Всё приводит его к заключенью: «Много разных бывает на свете чудес! Я не знаю, что значит толстой стихи для детей прогресс, Но до здравого русского веча Вам еще, государи, далече! » толстой стихи для детей И так сделалось гадко и тошно ему, Что он н аземь как сноп упадает И под слово прогресс, толстой стихи для детей в чаду и дыму, Лет на двести толстой стихи для детей засыпает. Пробужденья его мы теперь подождем, Что, проснувшись, увидит, о том и споем, А покудова он не проспится, Наудачу нам петь не годится. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Ах ты гой еси, правда-матушка! Велика ты, правда, широка стоишь! Ты горами поднялась до подн ебесья, Ты степями, государыня, раскинулась, Ты морями разлилася синими, Городами изукрасилась людными, Разрослася лесами дремучими! Не объехать кругом тебя во сто лет, Посмотреть на тебя — шапка валится! Выезжало семеро братиев, Семеро выезжало добрых молодцев, Посмотреть выезжали молодцы, Какова она, правда, на свете живет? А и много про нее гов орено, А и много про нее писано, А и много про нее лыгано. Поскакали добры молодцы, Все семеро братьев удалыих, И подъехали к толстой стихи для детей со семи концов, И увидели правду со семи сторон. Посмотрели добры молодцы, Покачали головами уд алыми И вернулись на свою родину. А вернувшись на свою родину, Всяк рассказывал правду по-своему: Кто горой называл ее высокою, Кто городом людным торговыим, Кто морем, кто лесом, кто степию. И поспорили братья промеж собой, И вымали мечи булатные, И рубили друг друга до смерти, И, рубяся, корились, ругалися, И брат брата звал обманщиком. Наконец полегли до единого Все семеро братьев удалыих. Умирая ж, каждый сыну наказывал, Рубитися наказывал до смерти, Полегти за правду за истину. То ж и сын сыну наказывал, И доселе их внуки рубятся, Все рубятся за правду за истину На великое себе разорение. А сказана притча не в осуждение, Не в укор сказана — в поучение, Людям добрым в уразумение. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Прозрачных облаков спокойное движенье, Как дымкой солнечный перенимая свет, То бледным золотом, то мягкой синей тенью Окрашивает даль. Нам тихий свой привет Шлет осень мирная. Ни резких очертаний, Ни ярких красок нет. Землей пережита Пора роскошных сил и мощных трепетаний; Стремленья улеглись; иная красота Сменила прежнюю; ликующего лета Лучами сильными уж боле не согрета, Природа вся полна последней теплоты; Еще вдоль влажных меж красуются цветы, А на пустых полях засохшие былины Опутывает сеть дрожащей паутины; Кружася медленно в безветрии лесном, На землю желтый толстой стихи для детей спадает за листом; Невольно я слежу за ними взором думным, Толстой стихи для детей слышится мне в их падении бесшумном: - Всему настал покой, прими ж его и ты, Певец, державший стяг во имя красоты; Проверь, усердно ли ее святое семя Ты в борозды бросал, оставленные всеми, По совести ль тобой задача свершена И жатва дней твоих обильна иль скудна? Сентябрь 1874 1 Други, вы слышите ль крик оглушительный: «Сдайтесь, певцы и художники! Кстати ли Вымыслы ваши в наш век положительный? Много ли вас остается, мечтатели? Сдайтеся натиску нового времени! Мир отрезвился, прошли увлечения — Где ж устоять вам, отжившему племени, Против течения? » 2 Други, не верьте! Всё та же единая Сила толстой стихи для детей манит к себе неизвестная, Та же пленяет нас песнь соловьиная, Те же нас радуют звезды небесные! Правда всё та же! Средь мрака ненастного Верьте чудесной звезде вдохновения, Дружно гребите во имя прекрасного Против течения! Мир толстой стихи для детей мы силой мышления — Где ж побежденному спорить художеству Против течения? » 4 В оные ж дни, после казни Спасителя, В дни, как апостолы шли вдохновенные, Шли проповедовать слово учителя, Книжники так говорили надменные: «Распят мятежник! Нет проку в осмеянном, Всем ненавистном, безумном учении! Им ли убогим идти галилеянам Против течения! » 5 Други, гребите! Напрасно хулители Мнят оскорбить нас своею гордынею — На берег вскоре мы, волн победители, Выйдем торжественно с нашей святынею! Верх над конечным возьмет бесконечное, Верою в наше святое значение Мы же возбудим течение встречное Против течения! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Стоит опустелый над сонным прудом, Где толстой стихи для детей поникли главой, На славу Растреллием строенный дом, И герб на щите вековой. Окрестность молчит среди мертвого сна, На окнах разбитых играет луна. Сокрытый кустами, в забытом саду Тот дом одиноко стоит; Печально глядится в зацветшем пруду С короною дедовский щит. Никто поклониться ему не придет — Забыли потомки свой доблестный род! В блестящей толстой стихи для детей иные из них С ничтожной смешались толпой; Поветрие моды умчало других Из родины в мир, им чужой. Там русский от русского края отвык, Забыл свою веру, забыл свой язык! Крестьян его бедных наемник гнетет, Он властвует ими один; Его не пугают роптанья сирот — Услышит ли их господин? А если услышит — рукою махнет. Забыли потомки свой доблестный род! Лишь старый служитель, тоской удручен, Младого владетеля ждет, И ловит вдали колокольчика звон, И ночью с одра привстает. Всё тихо средь мертвого сна, Сквозь окна разбитые смотрит луна, Сквозь окна разбитые мирно глядит На древние стены палат; Там в рамах узорчатых чинно висит Напудренных прадедов ряд. Их пыль покрывает, и червь их грызет. Забыли потомки свой доблестный род! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Пусть тот, чья честь не без укора, Страшится мнения людей; Пусть ищет шаткой он опоры В толстой стихи для детей друзей! Но кто в самом себе уверен, Того хулы не потрясут — Его глагол нелицемерен, Ему чужой не нужен суд. Ни пред какой земною властью Своей он мысли не таит, Толстой стихи для детей льстит неправому пристрастью, Вражде неправой не кадит. Ни пред венчанными царями, Ни пред судилищем молвы Он не торгуется словами, Не клонит рабски головы. Друзьям в угодность, боязливо Он никому не шлет укор; Когда ж толпа несправедливо Свой постановит приговор, Один, не следуя за нею, Пред тем, что чисто и светло, Дерзает он, благоговея, Склонить свободное чело. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Рассевается, расступается Грусть под думами под могучими, Толстой стихи для детей душу темную пробивается, Словно солнышко между тучами. Не расступится, Не рассеется ночь осенняя, Скоро сведаешь, чем искупится Непоказанный миг веселия! Прикачнулася, привалилася К сердцу сызнова грусть обычная, И головушка вновь склонилася, Бесталанная, горемычная. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Растянулся на просторе И на сонных берегах, Окунувши морду в море, Косо смотрит Аюдаг. Обогнуть его мне надо, Но холмов волнистый рой, Как разбросанное стадо, Все толпится предо мной. Добрый конь мой, долго шел толстой стихи для детей, Терпеливо ношу нес; Видишь там лилово-желтый, Солнцем тронутый утес? Добрый конь мой, ободрися, Ускори ленивый бег, Там под сенью кипариса Ждет нас ужин и ночлег! Вот уж час, как в ожиданье Конь удваивает шаг, Но на прежнем расстоянье Косо толстой стихи для детей Аюдаг. Тучи море затянули, Звезды блещут в небесах, Но не знаю, обогну ли Я до утра Аюдаг? Лето 1856 1 Над древними подъемляся дубами, Он остров наш от недругов стерег; В войну и мир равно честимый нами, Он зорко вкруг глядел семью главами, Наш Ругевит, непобедимый бог. Так мнили мы, — но роковая сила Уж обрекла нас участи иной; Мы помним день: заря едва всходила, Нежданные к нам близились ветрила, Могучий враг на Ругу шел войной. В неслыханной печали: «Встань, Ругевит! — мы вслед ему кричали, — Воспрянь, наш бог, и доней разгроми! » 11 Но он не встал. Где, об утес громадный Дробясь, кипит и пенится прибой, Он с крутизны низвергнут беспощадно; Всплеснув, валы его схватили жадно И унесли, крутя перед собой. Дивились мы, друг друга вопрошая: «Где ж мощь его? Где власть его святая? Наш Ругевит ужели был не бог? » 13 И, пробудясь от первого испугу, Мы не нашли былой к нему любви И разошлись в раздумии по лугу, Сказав: «Плыви, в беде не спасший Ругу, Дубовый бог! » Лето 1870 Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » С ружьем за плечами, один, при луне, Я по полю еду на добром коне. Я бросил поводья, я мыслю о ней, Ступай же, мой конь, по траве веселей! Я мыслю так тихо, так сладко, но вот Неведомый спутник ко мне пристает, Одет он, как я, на таком же коне, Ружье за плечами блестит при луне. «Ты, спутник, скажи мне, скажи мне, кто ты? Твои мне как будто знакомы черты. Скажи, что тебя в этот час привело? Чему ты смеешься так горько и зло? » — «Смеюсь я, товарищ, мечтаньям твоим, Смеюсь, что ты будущность губишь; Ты мыслишь, что вправду ты ею любим? Что вправду ты сам ее любишь? Смешно мне, смешно, что, так пылко любя, Ее ты не любишь, а любишь себя. Порывы твои уж не толстой стихи для детей, Она для тебя уж не тайна, Случайно сошлись вы в мирской суете, Вы с ней разойдетесь случайно. Смеюся я горько, смеюся я зло Тому, что вздыхаешь ты так тяжело». Всё тихо, объято молчаньем и сном, Исчез мой товарищ в тумане ночном, В тяжелом раздумье, один, при луне, Я по полю еду на добром коне. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » С тех пор как я один, с тех пор как ты далеко, В тревожном полусне когда забудусь я, Светлей моей души недремлющее око И близость явственней духовная твоя. С улыбкою участья Твой тихий кроткий лик склоняется ко мне, И я, исполненный мучительного счастья, Люб ящий чую взор в тревожном полусне. O, если в этот час ты также им объята, Мы думою, скажи, проникнуты ль одной? И видится ль тебе туманный образ брата, С улыбкой грустною склоненный над тобой? Куда он ни взглянет — всё синяя гладь, Всё воду лишь видит да воду, И песни устал он на гуслях играть Царю водяному в угоду. Л царь, улыбаясь, ему говорит: «Садко, мое милое чадо, Поведай, зачем так печален твой вид? Скажи мне, чего тебе надо? Кутья ли с шафраном моя не вкусна? Блины с инбирем не жирны ли? Аль в чем неприветна царица-жена? Аль дочери чем досадили? Смотри, как алмазы толстой стихи для детей ярко горят! Как много здесь яхонтов алых! Сокровищ ты столько нашел бы навряд В хваленых софийских подвалах! » «Ты гой еси, царь-государь водяной, Морское пресветлое чудо! Я много доволен твоею женой, И мне от царевен не худо; Вкусны и кутья, и блины с инбирем, Одно, государь, мне обидно: Куда ни посмотришь, всё мокро кругом, Сухого местечка не видно! Что пользы мне в том, что сокровищ полны Подводные эти хоромы! Увидеть бы мне хотя б зелень сосны, Прилечь хоть на ворох соломы! Богатством своим ты меня не толстой стихи для детей Все роскоши эти и неги Я б отдал за крик перепелки во ржи, За скрып новгородской телеги! Давно так не видно мне божьего дня, Мне запаху здесь — только тина; Хоть дегтем повеяло б раз на меня, Хоть дымом курного овина! Когда же я вспомню, что этой порой Толстой стихи для детей на земле толстой стихи для детей, И сам уж не знаю, что станет со мной: За сердце вот так и хватает! Теперь у нас пляски в лесу в молодом, Забыты и стужа и слякоть — Когда я подумаю только о том, От грусти мне хочется плакать! Теперь, чай, и птица, и всякая зверь У нас на земле веселится; Сквозь лист прошлогодний пробившись, теперь Синеет в лесу медуница! Во свежем, в зеленом, в лесу молодом Березой толстой стихи для детей пахнет — И сердце во мне, лишь помыслю о том, С тоски изнывает и чахнет! » «Садко, мое чадо, городишь ты толстой стихи для детей, Земля нестерпима от зною; Я в этом сошлюся на целый мой двор — Всегда он согласен со мною. Мой терем есть моря великого пуп, Твой жеребий, стало быть, светел; А ты непонятлив, несведущ толстой стихи для детей глуп, Я это давно уж заметил. Ты в думе пригоден моей заседать, Твою возвеличу я долю И сан водяного советника дать Тебе непременно изволю! » «Ты гой еси, царь-государь водяной, Премного тебе я обязан, Но почести я недостоин морской, Уж очень к земле я привязан. Бывало, не всё там норовилось мне, Не по сердцу было иное; С тех пор же, как я очутился на дне, Мне всё стало мило земное; Припомнился пес мне, и грязен и хил, В репьях и в сору толстой стихи для детей На пир я в ту пору на толстой стихи для детей спешил, А он мне под ноги попался; Брюзгливо взглянув, я его отогнал, Ногой оттолкнул его гордо — Вот этого пса я б теперь целовал И в темя, и в очи, и в морду! » «Садко, мое чадо, на кую ты стать О псе вспоминаешь сегодня? Зачем тебе грязного пса целовать? На то мои дочки толстой стихи для детей. Воистину, чем бы ты им не жених? Я вижу, хоть в ус и не дую, Толстой стихи для детей за тебя бы любая из них — Бери ж себе в жены любую! » «Ты гой еси, царь-государь водяной, Морское толстой стихи для детей чудо! Боюся, от брака толстой стихи для детей такою женой Не вышло б душе моей худо! Не спорю, они у тебя хороши И цвет их очей изумрудный, Но только колючи они, как ерши, Нам было б сожительство трудно. Я тем не порочу твоих дочерей, Но я бы не то что любую, А всех их сейчас променял бы, ей-ей, На первую девку рябую! » «Садко, мое чадо, уж очень ты груб, Не нравится речь мне такая; Когда бы твою не ценил я игру б, Ногой тебе дал бы пинка я. Но печени как-то сегодня свежо, Веселье в утробе я чую; О свадьбе твоей потолкуем ужо, Теперь же сыграй плясовую! » Ударил Садко по струнам трепака, Сам к черту шлет царскую ласку, А царь, ухмыляясь, уперся в бока, Готовится, дрыгая, в пляску. Сперва лишь на месте поводит усом, Щетинистой бровью кивает, Но вот запыхтел и надулся, как сом, Всё боле его разбирает. Похаживать начал, плечьми шевеля, Подпрыгивать мимо царицы, Да вдруг как пойдет выводить вензеля, Так все затряслись половицы. «Ну,— мыслит Садко, — я тебя заморю! » С досады быстрей он играет, Но, как ни частит, водяному царю Всё более сил прибывает. Пустился навыверт пятами месить, Закидывать ногу за ногу, Откуда взялася, подумаешь, прыть? Глядеть индо страшно, ей-богу! Бояре в испуге ползут окарачь, Царица присела аж на пол, Пищат-ин царевны, а царь себе вскачь Знай чешет ногами об апол. То, выпятя грудь, на придворных он прет, То, скорчившись, пятится боком, Ломает коленца и взад и вперед. Валяет загребом и скоком; И всё веселей и привольней ему, Коленца выходят всё круче — Темнее становится всё в терему, Над морем сбираются тучи. Но шибче играет Толстой стихи для детей, осерча, Сжав зубы и брови нахмуря, Он злится, он дергает струны сплеча — Вверху подымается буря. Вот дальними грянул раскатами гром, Сверкнуло в пучинном просторе, И огненным светом зардела кругом Глубокая празелень моря. Вот крики послышались там высоко: То гибнут пловцы с кораблями. Отчаянней бьет пятернями Садко, Царь бешеней месит ногами; Вприсядку понес его черт ходуном, Он фыркает, пышет и дует, Гремит плясовая, колеблется дом, Толстой стихи для детей море ревет и бушует. И вот пузыри от подстепья пошли, Садко уже видит сквозь стены: Разбитые к о дну летят корабли, Крутяся средь ила и пены; Он видит: моряк толстой стихи для детей один потонул, В нем сердце исполнилось жали, Он сильною хваткой за струны рванул — И, лопнув, они завизжали. Споткнувшись, на месте стал царь водяной, Ногою подъятой болтая: «Никак, подшутил ты, Садко, надо мной? Противна мне шутка такая! Не в пору, невело, ты струны порвал, Как раз когда я расплясался! Такого колена никто не видал, Какое я дать собирался! Зачем здоровее ты струн не припас? Как буду теперь без муз ыки? Аль ты, неумытый, плясать в сухопляс Велишь мне, царю и владыке? » И плесом чешуйным в потылицу царь Хватил его, ярости полный, И вот завертелся Садко как кубарь, И вверх понесли его волны. Сидит в Новеграде Садко невредим, С ним вящие все уличане; На скатерти браной шипит перед ним Вино в венецейском стакане. Степенный посадник, и тысяцкий тут, И старых посадников двое, И с ними кончанские старосты пьют Здоровье Садку круговое. «Поведай, Садко, уходил ты куда? На чудскую Емь аль на Балты? Где бросил свои расшивные суда? И без вести где пропадал ты? » Поет и на гуслях играет Садко, Поет про царя водяного: Как было там жить у него нелегко И как уж он пляшет здорово; Поет про поход без утайки про свой, Какая чему была чередь,— Качают в сомнении все головой, Не могут толстой стихи для детей поверить. Ноябрь 1871 — март 1872 Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Сердце, сильней разгораясь от году до году, Брошено в светскую жизнь, толстой стихи для детей в студеную воду. В ней, как железо в раскале, оно закипело: Сделала, жизнь, ты со мною недоброе дело! Буду толстой стихи для детей, негодуя, тоской и печалью - Все же не стану блестящей холодною сталью. Август или сентябрь 1856 Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Сижу да гляжу я всё, братцы, вон в эту сторонку, Где катятся волны, одна за другой вперегонку. Волна погоняет волну среди бурного моря, Что день, то за горем всё новое валится горе. Сижу я и думаю: что мне тужить за охота, Коль завтра прогонит заботу другая забота? Ведь надобно ж место всё новым да новым кручинам Так что же тужить, коли клин выбивается клином? Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Слеза дрожит в твоем ревнивом взоре - О, не грусти, ты все мне дорога! Но я любить могу лишь на просторе - Мою любовь, широкую, как море, Вместить не могут жизни берега. Когда Глагола творческая сила Толпы миров воззвала из ночи, Любовь их все, как солнце, озарила, И лишь на землю к нам ее светила Нисходят порознь редкие лучи. И, порознь их отыскивая жадно, Мы ловим отблеск вечной красоты; Нам вестью лес о ней шумит отрадной, О ней поток гремит струею хладной И говорят, качаяся, цветы. И любим мы любовью раздробленной И тихий шепот вербы над ручьем, И милой девы взор, на нас склоненный, И звездный блеск, и все красы вселенной, И ничего мы вместе не сольем. Но не грусти, земное толстой стихи для детей горе, Пожди еще - неволя недолга,- В одну любовь мы все сольемся вскоре, В одну любовь, широкую как море, Что не вместят земные берега! Жизнью твоею я жил, и слезами твоими я плакал; Мысленно вместе с тобой прострадал я минувшие годы, Всё перечувствовал вместе с тобой, и печаль и надежды, Многое больно мне было, во многом тебя упрекнул я; Но позабыть не хочу ни ошибок твоих, ни страданий; Дороги мне твои слезы и дорого каждое слово! Бедное вижу в тебе я дитя, без отца, без опоры; Рано познала ты горе, толстой стихи для детей и людское злословье, Рано под тяжестью бед твои преломилися силы! Бедное ты деревцо, поникшее долу головкой! Ты прислонися ко мне, деревцо, к зеленому вязу: Ты прислонися ко мне, я стою надежно и прочно! Полное собрание стихотворений в 2-х т. Ленинград: Советский писатель, 1984. » » Смеркалось, жаркий день бледнел неуловимо, Над озером толстой стихи для детей тянулся полосой, И кроткий образ твой, знакомый и любимый, В вечерний тихий час носился предо мной. Улыбка та ж была, которую люблю я, И мягкая коса, как прежде, расплелась, И очи грустные, по-прежнему тоскуя, Глядели на меня в вечерний тихий час. «Ну, — думает, — уйду! » Не тут-то было! Уж давно в хоромах. Народу тьма; стоит он на виду, В почетном месте; множество знакомых Его увидеть могут на пути — «Нет, — он решил, — нет, мне нельзя уйти! » И вот бочком прокрался он к камину И спрятался по пояс за экран. «Эх, — думает, — недурно ведь, канальство! Теперь пусть входит высшее начальство! » 4 Меж тем тесней всё становился круг Толстой стихи для детей чиновных, чающих карьеры; Невнятный в аале раздавался звук; И все принять свои старались меры, Чтоб сразу быть замеченными. Вдруг В себя втянули животы курьеры, И экзекутор рысью через зал, Придерживая шпагу, толстой стихи для детей. Он видный был мужчина, Изящных форм, с приветливым лицом, Одет в визитку: своего, мол, чина Не ставлю я пред публикой ребром. Внушается гражданством дисциплина, А не мундиром, шитым серебром, Всё зло у нас от глупых форм избытка, Я ж века сын — так вот на мне визитка! Хватается, кто тонет, говорят, За паутинку и за куст терновый. «А что, — подумал он, — коль мой наряд Понравится? Ведь есть же, право слово, Свободное, простое что-то в нем! » 7 Министр меж тем толстой стихи для детей изгибал приятно: «Всех, господа, всех вас благодарю! Прошу и впредь служить так аккуратно Отечеству, престолу, алтарю! Ведь мысль моя, надеюсь, вам понятна? Я в переносном смысле говорю: Мой идеал полнейшая свобода — Мне цель народ — и я слуга народа! Его мы свергли бремя. Народ воскрес — но не вполне — да, да! Ему вступить должны помочь мы в стремя, В известном смысле сгладить все следы И, так сказать, вручить ему бразды. Америка отстала: В ней собственность царит и капитал. Британия строй жизни запятнала Законностью. А я уж доказал: Законность есть народное стесненье, Гнуснейшее меж всеми преступленье! России предстоит, Соединив прошедшее с грядущим, Создать, коль смею выразиться, вид, Который называется присущим Всем временам; и, став на свой гранит, Имущим, так сказать, и неимущим Открыть толстой стихи для детей взаимного труда. Надеюсь, вам толстой стихи для детей, господа? » 11 Раадался в зале шепот одобренья, Министр поклоном легким отвечал, И тут же, с видом, полным снисхожденья, Он обходить обширный начал зал: «Как вам? Толстой стихи для детей ли Евгенья Семеновна? Давно не заезжал Я к вам, любезный Сидор Тимофеич! Ах, здравствуйте, Ельпидифор Сергеич! » 12 Стоял в толстой стихи для детей, плюгав и одинок, Какой-то там коллежский регистратор. Он и к тому, и тем не пренебрег: Взял под руку его: «Ах, Антипатор Васильевич! Что, как толстой стихи для детей кобелек? Вы толстой стихи для детей в театор? Aх, как мне жаль! » 13 Переходя налево и направо, Свои министр так перлы расточал; Иному он подмигивал лукаво, На консоме другого толстой стихи для детей И ласково смотрел и величаво. Вдруг на Попова взор его упал, Который, скрыт экраном лишь по пояс, Исхода ждал, немного беспокоясь. Так, так и есть! Его мы точность знаем! Но отчего ж он виден мне не весь? И заслонен каким-то попугаем? Престранная выходит это смесь! Я любопытством очень подстрекаем Увидеть ваши ноги. Я вас прошу, пожалуйте сюда! » 15 Колеблясь меж надежды и сомненья: Толстой стихи для детей на его посмотрят туалет, — Попов наружу вылез. В изумленье Министр приставил к глазу свой дорнет. Никак, на толстой стихи для детей штанов, любезный, нет? » — И на чертах изящно-благородных Гнев выразил ревнитель прав народных. Как вам пришла охота Там, за экраном снять с себя штаны? Вы начитались, верно, Вальтер Скотта? Иль классицизмом вы заражены? И римского хотите патриота Изобразить? Иль, боже упаси, Собой бюджет представить на Руси? » 17 И был министр еще во гневе краше, Чем в милости. Чреватый от громов Взор заблестел. Он продолжал: «Вы наше Доверье обманули. Много слов Я тратить не люблю». Свидетели курьеры, Я прямо так приехал из квартеры! » 18 «Вы, милостивый, смели, государь, Приехать так? Теперь твое я вижу направленье! Вон с глаз моих! Иль нету — секретарь! Пишите к прокурору отношенье: Советник Тит Евсеев сын Попов Все ниспровергнуть власти был готов. Под стражей ныне шлется к прокурору Для следствия сей вредный человек, Дерзнувший снять публично панталоны. Да поразят преступника законы! Коль отдать под суд, По делу выйти может толстой стихи для детей, Присяжные-бесштанники спасут И оправдают корень возмущенья; Здесь слишком громко нравы вопиют — Пишите прямо в Третье отделенье: Советник Тит Евсеев сын Попов Все толстой стихи для детей власти был готов. Я жертвую агентам по две гривны, Чтобы его — но скрашиваю речь, — Чтоб мысли там внушить ему иные. » 22 Министр кивнул мизинцем. Сторожа Внезапно взяли под руки Попова. Стыдливостью его не дорожа, Они его от Невского, Садовой, Средь смеха, крика, чуть не мятежа, К Толстой стихи для детей мосту привели, где новый Стоит, на вид весьма красивый, дом, Своим известный праведным судом. То был Во фраке муж, с лицом, пылавшим рвеньем, Со львиной физьономией, носил Мальтийский крест и множество медалей, И в душу взор его влезал всё далей. Ехидно попросил Попова он, чтобы тот был спокоен, С улыбкой указал ему на стул И в комнату соседнюю скользнул. Кто б это мог вообразить себе? Попался я в огонь, как сноп овинный!